Category: общество

aurume

(no subject)

Или выплыла, или утопла. И поминай, как звали, нет больше.

Как-то не умела я плавать. Сижу на пантоне, ножками в воде болтаю. Вода пахнет арбузной корочкой, сквозь трехметровые толщи светят ласковые закатные лучи.
Read more...Collapse )
aurume

(no subject)

Чуть выше. Чуть старше. Чуть стройнее. Умнее. До чего рука дотянется, куда взгляд упадет, - это становится лучше. Все становится лучше от твоего присутствия. Хоть и боятся тебя люди. И зябнут рядом с тобой. А мне тепло. А мне с тобой всегда тепло.

Read more...Collapse )
aurume

(no subject)

Иллюстрации моего настроения сменяют одна другую. Ножи капель дождя вырезают на асфальте по осенним листьям рисунки. Больше не понимаю себя. Если ты понимаешь, так расскажи.
Кажется, других вижу, ощущаю и чувствую лучше, чем себя.

Read more...Collapse )
aurume

Гомосексуальная ориентация не может измениться под влиянием успешного гетеросексуального опыта.

Нету стыда у любви,
Запретов не может быть.

Любовь иррациональна, но не глупа и не слепа.

Так как-то.
Во времена бурной моей юности я ложилась в постель... просто спать... с геями. И некоторые из них... Будем честными - большинство, были не против контакта со мной. Даже если контакта с женщиной у них не бывало.

Read more...Collapse )

aurume

(no subject)

Тонко чувствовать. Ещё тоньше. Идти только туда и быть там, среди тех, кто примет всю полностью. А не ты прикольная оставайся, а вот эмоции за дверью оставь. Или ты вот оставайся, но такая, которая тарелочку принесет, а потом унесет. Я люблю быть мной и я хорошая этим. Немного только жаль терять людей. Близких, любимых, таких дорогих, таких важных сердцу.

Завтра останусь одна. Не страшно. И ничего не планирую. По всем предложениям выдала отказ. Может схожу к подруге обнять и послушать. А так побуду с этим. Побуду с тем, что скоро прежнее совсем закончится, а новое ещё не успело начаться.

Хочу сказать, скучаю по тебе. Жаль, что ты не рядом. Сегодня и сейчас. И вообще всегда. Ячувствую тебя рядом 24 на 7. А толку.

Самая подходящая практика - динамическое равновесия. И вот я такая гармоничная, такая огромная ментальная конструкция. Тебе наверное страшно. И трубку я не поднимаю. Не хочу ругаться, хочу обнять.

Совсем одна. И так хорошо. Ни о чем я не думаю, ничего я не решила. Кроме того, что есть люди, которые дороги. И хоть что они пусть делают, Земля круглая, ещё свидимся. Мне принять проще все, что происходит. Как бы это не было тяжело. Просто принять и с этим жить.

И да, трёх минутное правило не сработала, это срыв))

aurume

(no subject)

Дома.
Флеш-беки того несчастного детства, когда родители не ругались только от того, что дома был телевизор. И все как бы сторонились душевности, человечности и разговоров. Как бы не шли в контакт вовсе. И вот теперь я... Такая огнище, фейерверк, эмоциональная, теплая, горячливая, всегда живая. И мне больно, когда мое общение не заходит. Особенно неприятно, когда человек близкий.

Из-за своей широты эмоционального спектра я потеряла много близких: двоих. Аня перестала говорить и видется со мной 4 года тому. И теперь есть ещё один человек. Тоже уникальный. И я не хочу, чтобы это повторялось. Больно терять своих людей. Они ведь насовсем. Свой - человек на одну жизнь. Появился и все, будет всегда. Больно, что его нет. Больно по нему скучать. Больно не иметь возможности болтать с ним, обнять, выслушать или помолчать. Больно, что больше нет глубины и теплоты. И больно, что больше нет и уже не будет общих планов.

Что я могу? Хотела, была бы рядом, но ее нет. Хотела, поговорила бы, встретилась бы, нашла в себе душевных сил. А если нет, то что поделать. Хоть я в фарш перекручусь, это ничего не изменит. Мне очень жаль. Я хочу понять. Но как? Больно терять своих людей. Вот нет Аньки 4 года. Думаю, ни дня не было, чтобы я не подумала о ней. Аня прямо друг.

Наверное я сделала что-то плохое. На мой вкус стоило бы поговорить, друг друга понять и дальше жить, ходить или не ходить в приключения, пить чаи, редко по острым радостным событиям типа развода с мужем напиваться в слюни, обнимать, делать только лучшего, петь, танцевать, быть тихими, быть громкими, ходить в гости, открыть кафе на Бали... Вместе. Я хочу вместе. Я этого очень-очень хочу.

Так не люблю терять своих людей.
Своих близких, родных и любимых. Не часто встретишь человека, а он тебе сразу родной. Может и кажется потому, что если родной, так все стерпит. Может просто мои чувства не взаимны и стоит быть осмотрительнее? Может близкий не равно душевный? Близкий не равно может понять? Я не знаю.

Мне сегодня целый день хочется такого человека. Но что я могу? Я слишком оглушающая, эмоционально огромна и наверное это делает меня грубой и чужой. А я не хочу быть чужой. Я хочу быть родненькой и любимой. Внутри я такая тихая, спокойная и свободная. Но это внутри. Пока человек заметит глубинные грани моей личности, время пройдет. А отношения к тому моменту уже могут быть разорваны.

Милые мои хорошие, вы нужны мне.
Мне очень очень жаль. Я прошу простить меня, если я была слишком... Если я сделала что-то не так, примите пожалуйста мои извинения.

Люди, пожалуйста давайте разговаривать. Давайте слышать друг друга и понимать. Это так важно. Прямо очень.

А ещё была Надя. Итого трёх близких подруг я потеряла за жизнь. Это много.

Дорогой господь, благодарю тебя за родителей, сына, за друзей, которые есть. Прошу у тебя сегодня чуда: верни пожалуйста прежних друзей. Я так их люблю. Они нужны мне. Честное слово, я буду стараться быть хорошим другом и человеком.

Хочется: разговаривать с роднулями, обнимать, слышать голос и чувствовать рядом. Хочется быть понятной, быть слышной, но не громчайшей. Смотреть фильм, петь песни, играть музыку. Пить чай. Строить и реализовывать планы.

Не хочется: скучать. А я, блин, скучаю! Вот скучаю. Я скучаю по тебе и даже сказать об этом не могу. Я бы не стала трясти тебя лишний раз, я бы радовалась возможности быть рядом, каждой минуте радовалась бы.

aurume

Отвержение, день 3

О.

Думала, счастье, пригляделась, а, нет. Опять опыт.

И что мне только не хватало в этом. Видать, опыт не синтезирован, не анализирован и не принят полностью.

Что ещё мне в этом? Почему я лезу в это? Для чего я генерирую эти ситуации?

Сейчас эта тема уходит в грусть и разобщённость.

Договорились пить кофе, а девчонки не пришли. Две целых. И для ровного счета три. Что меня постоянно тянет к глубоко интроверным людям? Чем они для меня так упоительно привлекательны.

В этот раз никакого позитива. Хочется мордой в пол и минтоловую сигарету, которую я кстати себе позволила. Теперь в кармане у меня лежит гангрена и зажигалка. Стало легче. Жить.

Пока я нервно вдыхала минтоловый табак, прижавшись к стене, проходящие мимо особи тётошного пола глядели на меня с ярким осуждением. И тут отвержение. Б.ть.

Грусть - это эмоция для восстановления сил. Позволяю себе грустить. Ещё немножко да и попустит. И я снова пойду жить свою прикольную жизнь.

Хочется: чаю, поцелуев, обнимашек, на океан и выкурить ещё 2 сигареты. Танго, трайбл, сальсы. Бачата не плохо, но слишком лично для меня)) хочу цветочков и апельсинов.

Не хочется: отвержения, грусти, разобщённости.

Друзья, давайте сделаем что-нибудь прикольное прямо сегодня? Потанцуем, споём, порисуем, позырим фильм? Мне сейчас очень-очень надо. Вместе. Я хочу в месте. С безопасными для меня людьми. С безопасными. Хочу в любящие ручки. Хочу заботу, внимание и понимание. Но пока все, что могу - сама это раздавать щедро.

aurume

Фром май чайлдхуд

Думала я всё время, что протекло всё мимо меня, что вот у всех было, а у меня не было ничего. Ничего не было чему стоило бы быть. Амеж тем было и больше гораздо, чем у всех.
Девочка Римма. Я вспомнила как зовут её сестру, Алия её звали. Римма начинала свои разговоры со мной издалека. А потом я не находила в себе душевных сил её остановить. Я не спала ночами. Под кожей у меня ходили заразные твари, ходили желваками и по всему телу. Наверно Римма меня вырастила. После её бесед со мной, я начинала ДУМАТЬ. Что не бывает этого, что всё чушь это. Но потом, я же была ребёнок, но потом включалась включалка. И я думала, что всем им, что всем нам нужна помощь. Что я помогу.
Я хотя бы буду выслушивать её мучительный бред, не уходить, не бить её, хоть ей так хотелось. Римма резала себя. Наверно так же хотела сделать этот мир реальнее. Алиюшка мне нравилась, живая, милая, кругленькая, очень весёлая. Мне нравилось, когда она ходила недалеко. Римма мне не нравилась совсем. Я не любила её за разговоры. Она быльная совсем. Нам нельзя было ходить ЗАДОМ. Римма говорила - папа нас с Алеюшкой накажет. О, с какой улыбкой она это говорила... Так не улыбался даже ганибал из первой части! Точно.
Римма говорила ужасные вещи. Мне было так плохо. Но я находила в этом очень извращеную прелесть. В её сумасшедших глазах. Мне не нравился их папа. Ему тоже надо было помочь - думала я. Он крепко пил. Был жестоким и неприятным. Несчастным. Как-то ему совсем заплохело. Он закрыл вевочек в комнате, подпёр шкафом. Предварительно поджег комнату. Сам в то время повесился. Девочек хоронили в закрытых гробах.
Я по ним не плакала. Я почему-то знала, что Алиюшка не мертва. А Римму я не любила. Хотя она тоже не мертва. Так что нечего.

Садик - не любила! Там шумные дети-дебилы!
Я вообще ненормальным ребёнком была. Не могла поймать мяч. Координация движений такая чего-то там. Дети - шумные дебилы! Они пустые и ненормальные! Им нужно воспитание! Только преграды их успокоят, дадут им больше, чем у них самих есть.
Я вот только сейчас вспомнила, что было о меня полное знаниео человеке и о всём, что он есть. Что чувствует, что есть он сам.
Садик. Серёжа запулил кеглей-гранатой, которую, как и многие предметы, притянула моя голова. Я не ела. Тошнит. Хочется посидеть и полежать. И не шевелиться. Это было у меня первое сотресение мозга. Мне понравилось.
Хотя мне нравилось вообще всё.
Дети противные дебилы. Пустые и картонные уроды. Я так не думала, это был образ. Они грубили маме и папе. Они убивали насекомых, животных. Готовились вообщем быть этому миру опорой и начать убивать себя. Ох и орастые. Я сидела. Мне хотелось... И я запела. Я пела что-то своё. Все утихали и слушали меня. Я не знаю как и почему. Но это было и было почти каждый день. Воспитательница этим пользовалась. Иногда ждала пока меня достанет и я петь стану. Иногда говорила (громка аки иерихонская труба) тише-слушайте. Смолкали. И слушали. Сейчас бы мне шибко польстило. А тогда было никак. Был хаос. Ну и пусть. А у меня тут свой порядок. И они были не в силах меня не слушать. Так же наверно я было не в силах не слушать круглолицую Римму.

Просто... Я как бы уходила в меня и глубоко. Там крики дебильных уродцев меня не беспокоили. Мне было хорошо. А пела - чтобы себя слышать. Только для этого, на сколько я помню.
Вообще - я притягивала народец. И мне было обидно, когда моя подружка не разговаривала со мной. Но она не подходила из-завсех этих. Чего им только надо.
Идите домой! Я не правда в высшей инстанции, приём окончен. А она не шла...

Зато было много мальчиков. Они ходилиза коляской в обратную от родителей сторону. У меня были румяные щёки и прикольная косынка на соломенной башке. Ну и пухлые щеки! Наверно сейчас по другим причинам мальчики... А про щеки, так и вовсе пОшло звучит.

Я много болела и была худющей. Поправлялась и к годам 13 была пухлой. Потом опять худющей... Наверно к тридцати снова худая буду...
Опять же к 13 я решила-таки быть как все и поделить мир на хорошо и плохо... До этого не делился мир. И как токо это так, делось куда-то всё, что давало столько самой чистой и правильной инфы о мире и о людях.
Я перестала быть тактичной и чувствительной. Зато стало много секса. И перестала быть... интроверсия. Прятаться больше не надо и неприякольно. Я забыла, потому мне было в хаосе хорошо - в их хаосе у меня был свой порядок. Его тоже не стало.
Люди стали суки, меня стали интересовать шмотки и во что я там одета. Мужики козлы. Мир-несовершенен и больше неприяколен. И вообще - появилась такая категория как несовершенство. До этого всё было прикольно. Сначала так всё кристально понятно. А потом непонятная ломка, постоянное влипание в дерьмо. Появление внутри слова "одиночество". Куда все делись.
Папа приучил давать руку. Говорили дай поцелую и я вытягивала руку. Как товарищ Ленин. С годовалого возраста. Папа научил.
В школе мне нравилось. Меня не людили учителя. За что - не знаю. С элементами соревновательности меня не все одноклассники переваривали - в части женской класса так вообще мало кто. Пришлось уметь больше и вызывать интерес чем-то таким. Чтобы не скучно.
Потом совсем разонравилось. Зато лето были весёлыми.
Были и есть две близняшки. Одна замкнутая, но искрящаяся. А второй доставалось всё лучше, но выглядело это всё получшее всё равно как сломанный затёртый пупс. Мне нравились обе сестрёнки. Такие разные. Они просто вдвоём и не бывали. Зато со мной - т.е. втроём прикольные штуки делали. Да и много было детей. Под вечер особо.

Не, я как-то это всё к тому припомнила, что действительно не надо было никому ничего говорить - ни близким, ни далёким. Всё и так было ясно. В школе если было интересно, то я не читала учебник, но отвечала по "прочинному". А если было не интересно, то после уроков ходила припижженная и с двойкой. Двойкой и припижженная. Два раза читала стих и помнила наизусть. Опять-таки, рассказать не могла - у учительныцы были чрезвычайно заросшие ноги. И она не смотрела на меня. Не помню её взгляда. В глаза не смотрела и за руку она меня не брала.

Я всегда видела больше, чем другие. И знала, что с этим делать. Потому, что больше не боялась. Есть и есть. Я занята, я в школе - леплю из пластилина какашку.
Пишу в прописи ту же какашку - лучше не получается чего-то.
Школа - вовсе дурацкая игра. Говорят как не на родном языке. Все вместе. В одном месте. Чего-то делаем... Хрен пойми чего. Я и сейчас не могу выразить.

Куда делись интересно все мои информационные массивы, с которыми моя детская голова лехко справлялась. Сейчас что-то есть, но может от силы 10% от того, что было.

Откуда всё это? Понятное дело - сегодня я спросила ОТКУДА БЕРЁТСЯ ЖЕЛАНИЕ УМЕРЕТЬ. И это ответ, для меня это ответ. Могу больше. И это есть. Я всё знаю. Я могу всё. Я всегда могла - сколько себя помню и не только из этого места и не только из тепершней жизни. Если есть всё, что было, речи об убийстве не зайдёт. Мысли не возникнет, я просто сразу сделаю. Если будет надо. И так уже было конеШно. Я помню. Поэтому в этот раз не так.
Очень много всего.
Должно быть и есть ещё больше.
Только вся человеческая прививка фильтруёт то, что раньше поступало в чистом виде. Может спасибо родителям, хоть и невротикам, но - не особо сильно меня втискивали в рамки, хотя я была одарённым ребёнком даже по общепринятым меркам, может поэтому.

Очень очень много всего. Это же - ответы. Нашла я чего хочу. Пришло время ответить на все вопросы. Вопросы ответились. Наверно всё это зачем-то. Всё и так уже было. Я и не знала. Откуда - я не знаю. Просто всё есть. Есть во мне. И это исчерпывает любую нужду.

А говоришь, мы с ней разные люди. Мне теперь совсем ясно, что не разные и даже совсем не разные. Совсем. Только фильтры - да, разные. А больше - всё.